Карл Маркс. Капитал. Том 1. 8. 1
Начало Вверх

218                ОТДЕЛ ТРЕТИЙ. - ПРОИЗВОДСТВО АБСОЛЮТНОЙ ПРИБАВОЧНОЙ  СТОИМОСТИ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

РАБОЧИЙ ДЕНЬ

1. ПРЕДЕЛЫ РАБОЧЕГО ДНЯ

Мы исходили из предположения, что рабочая сила покупается и продается по своей стоимости. Стоимость ее, как и стоимость вся­кого другого товара, определяется рабочим временем, необходимым для ее производства. Следовательно, если для производства жиз­ненных средств рабочего, потребляемых им в среднем ежедневно, требуется 6 часов, то в среднем он должен работать по 6 часов в день, чтобы ежедневно производить свою рабочую силу, или чтобы воспроизводить стоимость, получаемую при ее продаже. Необхо­димая часть его рабочего дня составляет в таком случае 6 часов и является поэтому, при прочих неизменных условиях, величиной данной. Но этим еще не определяется величина самого рабо­чего дня.

Предположим, что линия а______b изображает продолжительность, или длину, необходимого рабочего времени, равную, ска­жем, 6 часам. Смотря по тому, будет ли продолжен труд за пределыab на 1, 3, 6 часов и т. д., мы получим 3 различных линии:

a     b c,                       a      b   c                                 a      b      c

изображающие три различных рабочих дня в 7, 9 и 12 часов. Линия bc, служащая продолжением линии ab, изображает длину приба­вочного труда. Так как рабочий день = ab + bc, или ас, то он изменяется вместе с переменной величиной bc. Так как ab есть величина данная, то отношение bc к ab всегда может быть измерено. В рабо­чем дне I оно составляет 1/6, в рабочем дне II — 3/6 и в рабочем дне

ГЛАВА VIII. - РАБОЧИЙ ДЕНЬ                                                                                                                   219

III — 6/6. Так как, далее, отношение  прибавочное рабочее время необходимое рабочее время определяет норму прибавочной стоимости, то последняя дана, если из­вестно отношение этих линий. Она составляет в трех приведенных выше рабочих днях соответственно 16⅔%, 50% и 100%. Наоборот, одна норма прибавочной стоимости не дала бы нам величины рабо­чего дня. Если бы, например, она равнялась 100%, то рабочий день мог бы продолжаться 8, 10, 12 часов и т. д. Она указывала бы на то, что две составные части рабочего дня, необходимый труд и приба­вочный труд, равны по своей величине, но не показывала бы, как велика каждая из этих частей.

Итак, рабочий день есть не постоянная, а переменная вели­чина. Правда, одна из его частей определяется рабочим временем, необходимым для постоянного воспроизводства самого рабочего, но его общая величина изменяется вместе с длиной, или продол­жительностью, прибавочного труда. Поэтому рабочий день мо­жет быть определен, но сам по себе он — неопределенная величина 35).

Хотя, таким образом, рабочий день есть не устойчивая, а теку­чая величина, все же, с другой стороны, он может изменяться лишь в известных границах. Однако минимальные пределы его не могут быть определены. Правда, если мы предположим, что линия bc, слу­жащая продолжением линии ab, или прибавочный труд, = 0, то мы получим минимальную границу, а именно ту часть дня, которую рабочий необходимо должен работать для поддержания собствен­ного существования. Но при капиталистическом способе производ­ства необходимый труд всегда составляет лишь часть его рабочего дня, т. е. рабочий день никогда не может сократиться до этого мини­мума. Зато у рабочего дня есть максимальная граница. Он не может быть продлен за известный предел. Эта максимальная граница оп­ределяется двояко. Во-первых, физическим пределом рабочей си­лы. Человек может расходовать в продолжение суток, естественная продолжительность которых равна 24 часам, лишь определенное количество жизненной силы. Так, лошадь может работать изо дня в день лишь по 8 часов. В продолжение одной части суток сила должна отдыхать, спать, в продолжение другой части суток человек должен удовлетворять другие физические потребности — питаться, мыться, одеваться и т. д. Кроме этих чисто физических границ удлинение рабочего дня наталкивается на границы морального свойства: рабочему необходимо время для удовлетворения интел­лектуальных и социальных потребностей, объем и количество ко­торых определяется общим состоянием культуры. Поэтому изме­нения рабочего дня совершаются в пределах физических и социаль-

35) “Рабочий день — величина неопределенная; он может быть длинным или корот­ким” (“An Essay оn Trade and Commerce; containing Observations on Taxes etc.”. London, 1770, p. 73).

220                          ОТДЕЛ ТРЕТИЙ. - ПРОИЗВОДСТВО АБСОЛЮТНОЙ ПРИБАВОЧНОЙ СТОИМОСТИ

ных границ. Но как те, так и другие границы весьма растяжимого свойства и открывают самые широкие возможности. Так. напри­мер, мы встречаем рабочий день в 8, 10, 12, 14, 16, 18 часов, т. е. самой различной длины.

Капиталист купил рабочую силу по ее дневной стоимости. Ему принадлежит ее потребительная стоимость в течение одного рабо­чего дня. Он приобрел, таким образом, право заставить рабочего работать на него в продолжение одного рабочего дня. Но что такое рабочий день 36)? Во всяком случае, это нечто меньшее, чем естест­венный день жизни. На сколько? У капиталиста свой собственный взгляд на эту ultima Thule *, на необходимую границу рабочего дня. Как капиталист, он представляет собой лишь персонифицирован­ный капитал. Его душа — душа капитала. Но у капитала одно-единственное жизненное стремление — стремление возрастать, создавать прибавочную стоимость, впитывать своей постоянной частью, средствами производства, возможно большую массу при­бавочного труда 37). Капитал — это мертвый труд, который, как вампир, оживает лишь тогда, когда всасывает живой труд и живет тем полнее, чем больше живого труда он поглощает. Время, в продолжение которого рабочий работает, есть то время, в продолжение которого капиталист потребляет купленную им рабочую силу З8). Если рабочий потребляет свое рабочее время на самого себя, то он обкрадывает капиталиста 39).

Итак, капиталист ссылается на закон товарного обмена. Как и всякий другой покупатель, он старается извлечь возможно большую пользу из потребительной стоимости своего товара. Но вдруг раздается голос рабочего, который до сих пор заглушался шумом и грохотом [Sturm und Drang ] процесса производства.

Товар, который я тебе продал, отличается от остальной товарной черни тем, что его потребление создает стоимость, и притом боль­шую стоимость, чем стоит он сам. Потому-то ты и купил его. То, что для тебя является возрастанием капитала, для меня есть излишнее

36) Вопрос этот бесконечно важнее, чем знаменитый вопрос сэра Роберта Пиля к Бир­мингемской торговой палате: “Что такое фунт стерлингов?” — вопрос, который мог быть поставлен только потому, что Пиль так же плохо понимал Природу денег, как ц “little shilling men” 84 из Бирмингема.

* — буквально: крайнюю Фулу; здесь это выражение употребляется в смысле: крайний предел. (Фула — островная страна, находившаяся, по представлению древних, на крайнем севере Европы.) Ред.

37) “Задача капиталиста состоит в том, чтобы посредством затраченного капитала получить возможно большую сумму труда” (/. G. Courcelle-Seneuil. “Traite théoretique et pratique des entreprises industrielles”, 2eme edit. Paris, 1857, p. 62).

38) “Потеря одного часа труда в день наносит громадный ущерб торговому государ­ству”. “Наблюдается очень большое потребление предметов роскоши рабочей беднотой этого королевства, в особенности мануфактурным населением; при этом оно потребляет и свое время — самый пагубный из всех видов потребления” (“An Essay on Trade and Com­merce etc.”. London, 1770, p. 47, 153).

39) “Если свободный рабочий предается минутному отдыху, то скаредная экономия, с беспокойством следящая за ним, начинает утверждать, что он ее обкрадывает” (N. Lin-guet. “Theorie des Loix Civilos etc.”. London, 1767, t. II, p. 466).

ГЛАВА VIII. - РАБОЧИЙ ДЕНЬ                                                                                                                        221

расходование рабочей силы. Мы с тобой знаем на рынке лишь один закон: закон обмена товаров. Потребление товара принадлежит не продавцу, который отчуждает товар, а покупателю, который при­обретает его. Поэтому тебе принадлежит потребление моей дневной рабочей силы. Но при помощи той цены, за которую я каждый день продаю рабочую силу, я должен ежедневно воспроизводить ее, чтобы потом снова можно было ее продавать. Не говоря уже о есте­ственном изнашивании вследствие старости и т. д., у меня должна быть возможность работать завтра при том же нормальном состоя­нии силы, здоровья и свежести, как сегодня. Ты постоянно пропо­ведуешь мне евангелие “бережливости” и “воздержания”. Хорошо. Я хочу, подобно разумному, бережливому хозяину, сохранить свое единственное достояние — рабочую силу и воздержаться от всякой безумной растраты ее. Я буду ежедневно приводить ее в текучее состояние, превращать в движение, в труд лишь в той мере, в какой это не вредит нормальной продолжительности ее существования и ее нормальному развитию. Безмерным удлинением рабочего дня ты можешь в один день привести в движение большее количество моей рабочей силы, чем я мог бы восстановить в три дня. То, что ты таким образом выигрываешь на труде, я теряю на субстанции труда. Пользование моей рабочей силой и расхищение ее — это совер­шенно различные вещи. Если средний период, в продолжение кото­рого средний рабочий может жить при разумных размерах труда, составляет 30 лет, то стоимость моей рабочей силы, которую ты мне уплачиваешь изо дня в день, 1/365х30, или 1/10950  всей её стоимости. Но если ты потребляешь ее в 10 лет и уплачиваешь мне еже­дневно 1/10950 вместо 1/3650 всей ее стоимости, т. е. лишь 1/3 дневной ее стоимости, то ты, таким образом, крадешь у меня ежедневно 2/3 стоимости моего товара. Ты оплачиваешь мне однодневную ра­бочую силу, хотя потребляешь трехдневную. Это противно нашему договору и закону товарообмена. Итак, я требую рабочего дня нор­мальной продолжительности и требую его, взывая не к твоему серд­цу, так как в денежных делах сердце молчит. Ты можешь быть об­разцовым гражданином, даже членом общества покровительства животным и вдобавок пользоваться репутацией святости, но у той вещи, которую ты представляешь по отношению ко мне, нет сердца в груди. Если кажется, что в ней что-то бьется, так это просто бие­ние моего собственного сердца. Я требую нормального рабочего дня, потому что, как всякий другой продавец, я требую стоимости моего товара 40).

40) Во время большой стачки лондонских строительных рабочих в 1860 — 1861 гг.. требовавших сокращения рабочего дня до 9 часов, их комитет опубликовал заявление, почти совпадающее с речью нашего рабочего. В нем не без иронии указывается, что наиболее алчный из “строительных предпринимателей”, некий сэр М. Пито, пользуется “репутацией святости”. (Этот самый Пито после 1867 г. кончил тем же, чем и Штраусберг!)

222                                ОТДЕЛ ТРЕТИЙ, - ПРОИЗВОДСТВО АБСОЛЮТНОЙ ПРИБАВОЧНОЙ СТОИМОСТИ

Мы видим, что если не считать весьма растяжимых границ рабо­чего дня, то природа товарного обмена сама не устанавливает ни­каких границ для рабочего дня, а следовательно и для прибавочного труда. Капиталист осуществляет свое право покупателя, когда стремится по возможности удлинить рабочий день и, если возможно, сделать два рабочих дня из одного. С другой стороны, спе­цифическая природа продаваемого товара обусловливает предел потребления его покупателем, и рабочий осуществляет свое право продавца, когда стремится ограничить рабочий день определенной нормальной величиной. Следовательно, здесь получается антиномия, право противопоставляется праву, причем оба они в равной мере санкционируются законом товарообмена. При столкновении двух равных прав решает сила. Таким образом, в истории капита­листического производства нормирование рабочего дня выступает как борьба за пределы рабочего дня, борьба между совокупным капиталистом, т. е. классом капиталистов, и совокупным рабочим, т. е. рабочим классом.

Яндекс.Метрика

© (составление) libelli.ru 2003-2016