НОВОЕ В ЛЕЧЕНИИ НАРКОМАНИИ

Начало Вверх

НОВОЕ В ЛЕЧЕНИИ НАРКОМАНИИ

(практика врача-марксиста Катерины Матсас)

"Альтернативы": Как возник этот Центр? В чем заключается основная идея создания этого Центра?

Катерина Матсас: Возникновение метода избавления от наркотической зависимости, применяемого в этом Центре тесно связано с деятельностью клиники для алкоголиков и зависимых от психотропных и токсических веществ в рамках психиатрической больницы Афин. Речь идет о большой клинике, где вылечилось 1800 человек. Это быть может наиболее крупный на Балканах центр. Как в любой психиатрической больнице здесь концентрируются все противоречия нового греческого общества, сформировавшегося после греко-турецкой войны 20-х годов. В 80-е годы группа специалистов рассмотрела и осмыслила опыт возникший в результате функционирования специализированной клиники в рамках государственной психиатрической больницы. В результате этого было решено создать свою отдельную программу, основной принцип которой заключался в том, что пациент может вылечить себя, если он сам примет сознательное решение по этому поводу.

Основная идея заключается в том, что зависимость от психотропных веществ - это не принципиально психическая болезнь, тем более не биологическая болезнь. Речь идет о социальном явлении, которое одновременно имеет и политический аспект. Мы стремились по-марксистски подойти к явлению токсикомании: нами была создана концепция, согласно которой токсикомания рассматривается как крайняя форма проявления  отчуждения  современного общества, современного человека. Таким образом,  мы создали центр, который включает в себя отдел лечения; отдел по работе с теми, кто уже вылечился;  отдел консультаций, открытый и доступный для всех нуждающихся и центр по предотвращению явлений токсикомании.

Наш центр работает в рамках национальной системы здравоохранения, т.е. оказывает бесплатные услуги  и обращается ко всем категориям населения. Философия нашей концепции  исходит не из наказания "плохого" поведения или, наоборот, поощрения "хорошего". Мы подходим диалектически к проблеме человека, пытаясь в  рамках программы, специальных методик помочь больному осознать причины своего недуга и пути избавления от него для того, чтобы  человек был способен заново реконструировать свою разрушенную, с огромными развалами, с дефицитом человечности личность. Очевидно, что все это возникло вследствие  дефицита социализации человека капиталистического общества, человека атомарного характера, индивидуума, оторванного от других. Дефицит социализации выражается у токсикоманов, с одной стороны, обострением чувства критики, с другой -  его социальной незрелостью. Это приводит к тому, что человек не в состоянии взять на себя ответственность, следовательно, попадает в зависимость в начале от родителей, потом от других людей. Всё это прямой путь к  зависимости от  психотропных веществ.

Таким образом, осознав и осмыслив все это, человек может сам деятельно подойти к проблеме своей личности, выступая не в качестве объекта, но в качестве субъекта собственного терапевтического процесса. В рамках нашей программы очень важную роль играет искусство. Мы считаем, что через искусство можно не просто выразить эмоции, но и приобрести новое отношение к понятию пространства, времени, культуры. Тот человек, который был лишен культуры, который только отрывочно воспринимал время, который действовал только в данности настоящего здесь и теперь, может через искусство охватить будущее, включаемое в  настоящее. Мы пытаемся сопрячь  реальные возможности с индивидуальными способностями человека (пациента), чтобы он, включаясь в разные формы деятельности, мог реализовать себя  и  благодаря этому избавиться от разрушающей его зависимости  от психотропных веществ.

Очень важно то, что все это осуществляется коллективно, вне индивидуалистических форм: пациент, включаясь в разные группы (психотерапевтические или общеобразовательные), тем самым социализируется. Принцип коллективности, который чётко и ясно выдвигается марксизмом и который систематически игнорируется буржуазной наукой, для нас является важнейшим. Всё у нас осуществляется на основе коллективизма, потому что существо, замкнутое в себе - это зверь социального характера. Поэтому индивид сможет приобрести потерянную человеческую сущность в той мере, в которой он восстанавливается через коллективную деятельность, ансамбль конкретных общественных отношений. Таким образом, мы предоставляем человеку  возможность самостоятельно установить отношения с другими в нашем центре. Более того, через общение и диалог он может заявлять себя как социальная личность, творчески сотрудничать и таким образом заново включаться в общественное целое. 

Мы не используем медикаменты, за исключением случаев, если есть психопатологическая проблема, есть нарушения в инфраструктуре психики, если есть депрессия. Только в  крайних случаях в качестве вспомогательного и жестко контролируемого подхода, именно дополнительного (я это подчеркиваю особо) мы используем медикаменты. Вся наше работа осуществляется на многих уровнях и  продолжительность программы - полтора года. Есть целая группа терапевтов-психиатров, у которых есть разные роли. У нас есть даже  тренеры, потому что в процессе пребывания  в центре у многих меняется отношение  к собственному телу, поскольку больной до сих пор только разрушал его.

Таким образом, он заново приобретает картину (образ) самого себя, восстанавливает концепцию своего "Я". В рамках этой программы и в результате собственных усилий он сам восстанавливает многие вещи, вырастает творчески и профессионально. Наш больной после завершения первой, закрытой части курса лечения, которая продолжается примерно семь месяцев, затем целый год проходит открытый курс лечения. Мы стремимся к тому, чтобы профессия нашего пациента помогла выразить его человеческую уникальность, чтобы человек с удовольствием отдавал себя этой работе, через которую он мог бы восстановить общественные отношения, знакомиться  и дружить с людьми. Таким образом, мы создали целую систему различных  и важных форм деятельности: речь идет, в том числе,  об издании журнала, создании радиопередач, музыкальных групп, кружков фотографии, пластики, театра марионеток и других форм самодеятельности.

Но самое главное – это то, что мы в ближайшее время стремимся к созданию системы самоуправления в рамках данного курса лечения, что помогло бы пациенту восстановить отношения с обществом, организовать досуг и творчески распорядиться свободным временем – организовать самостоятельно кинопросмотры, лектории, концерты, выставки. Это часть восстановления человека как субъекта общества, мы рассматриваем еще как один шаг  его эмансипации на уровне личности, потому что по-другому (без социализации), он не сможет избавиться от наркотической зависимости. Мы никогда не должны забывать, что человек западного общества, во всех отношениях манипулируемый и подавляемый  есть сам по себе уже готовая почва  для возникновения  его наркотической зависимости.

"А": Какая из проблем вашего центра  является наиболее актуальной для вас? Кто помогает вам?

К.М.: Это государственная программа, обращенная ко всем слоям населения. Мы против распространенного взгляда западного общества, которое ставит на первое место себестоимость различных программ и курсов лечения и старается бухгалтерским образом сэкономить на средствах, которые направлены на лечение. Мы считаем, что первостепенная задача - это человеческая жизнь, забота о человеке, являющегося к нам в той или иной мере разрушенным. И здесь мы сталкиваемся с массой сложностей. Существует сопротивление со стороны государства, оно борется с нами. Очень часто мы оказываемся без персонала, не возобновляются контакты, и порой требуются долгие месяцы напряженной мобилизации для того, чтобы мы разрешили наши проблемы.

Но в процессе нашей сложной деятельности возникло и развивается целое движение, оказывающее нам поддержку в решении нашей общей задачи - борьбы против наркотиков в широком смысле. Это люди, с которыми мы вместе выступаем, в том числе, на митингах и демонстрациях против предательства по отношению к Куцолану, против НАТО и в защиту югославского народа. Те, кто поддерживает нас – это "естественные" наши союзники, ущемляемые обществом люди, и в связи с этим у нас масса проблем. Но я считаю, что сила нашей концепции в ее философии, идеологии, марксизме, вдохновляющих нас. Наш центр для многих - это единственная их надежда, уголок свободы, который предоставляет возможность людям осознать причины своей несвободы и пути избавления от нее. Я должна сказать, что мы стремимся к тому, чтобы наша программа, которая пока реализуется только в Афинах, распространялась по всей Греции. И я надеюсь, что это осуществится, потому что сегодня у нас есть большая поддержка  со стороны профсоюзов,  политических партий, левых сил.

"А": В последний раз, когда я была у вас в центре, я увидела коллектив, который был похож на семью. Каковы перспективы этого коллектива?

К.М.: Проблема заключается в том, что этот коллектив, который функционирует в течение курса лечения, общается непосредственно с людьми, пришедшими к нам за помощью. Для тех, кто уже прошел курс лечения, мы также предоставляем возможность участвовать в нашей деятельности, но для того, чтобы они были материально обеспечены, они должны быть где-то профессионально заняты. В любом случае те, кто закончил курс нашего лечения, имеют высокий уровень сознательности, и это проявляется в том, что они ориентированы на поиск истины, не удовлетворяясь поверхностным взглядом на вещи. Более того, они ищут личный смысл такого включения себя в общество, который был бы связан с коллективным характером их деятельности, понимая, что  невозможно избавится от психотропной  зависимости, пока над тобой довлеет навязанный капиталистическим обществом шаблонный тип мышления. Это особенно актуально, ибо мы живем в эпоху разрушения всех ценностей, всех систем отсчета, всех опорных точек – всего того, на что можно опереться для того, чтобы идентифицировать свое "Я" в этом мире.

Такой наш подход вызывает упорное сопротивление со стороны властей Греции. Недавно вся группа социального восстановления, т.е. и терапевты, и больные находились в Югославии в разгар бомбардировок, и не просто для того, чтобы отдать людям медикаменты и поддержать их в момент  испытания, но прежде всего для того, чтобы оказать воздействие и на уровне науки и культуры. Например, в Белграде состоялась конференция по теме "Воздействие последствий войны на психическое здоровье населения". В рамках программы прошла художественная выставка работ наших пациентов и наших художников из художественной палаты Греции и что очень важно - вместе с художниками из Союза художников Югославии. Произведения этой выставки были подарены югославскому народу, и в частности, одно из них – скульптурный портрет девушки – был установлен прямо у дверей центра психического здоровья Югославии в Белграде. Это обрело символический смысл, потому что за день до этого империалисты бомбили  там больницы и роддом.

Таким образом, наши действия, не смотря на все препятствия, устремлены на создание нового поколения  не "пепси", а надежды. Против наших мероприятий возникло много яростных выступлений, целая война под теми лозунгами, что мы, якобы, используем не терапевтический подход, хотя мы считаем, что  наш подход как раз наполняет наполняет его высшим смыслом. Наши задачи выходят за рамки лечебной терапии, через организацию цикла радиопередач мы также вмешивается, и порою небезуспешно, в общественный процесс, связанный с проблемами экологии, политики. Все это вместе дает нам возможность не распадаться как коллективу и сохранять свое единство за пределами центра.

"А": Каковы изменения в ваших пациентах после завершения ими лечебного курса?

К.М.: На начало лечения пациенты, как правило, не в состоянии мыслить совсем, они озабочены только одним – получением психотропных веществ. У потенциальных пациентов, зачастую  нет независимого мышления, разума и даже речи. Поэтому мы стремимся дать ему образование, сформировать диалектический подход к действительности, позволяющий, прежде всего, осознавать себя как совокупность противоречий своих слабых и сильных сторон. Нам важно, чтобы он был в состоянии самокритично относиться к себе, рассматривая себя, по выражению Маркса,  "в зеркале другого". И через эти отношения к другим в коллективе он преодолевает дефицит личности, социализируется, приобретает человеческий облик, опираясь на свои силы, чувствует удовлетворение в плодах своей деятельности. И в результате всего этого у него отпадает потребность в героине, гашише, алкоголе - во всех этих  заменителях внутреннего вакуума, которые создают иллюзорность включения в группу таких же зависимых от психотропных веществ, в то время как в действительности он одинок и отвержен обществом и оттуда его  бегство от себя, семьи, социума.

Таким образом, в рамках нашей программы пациент начинает функционировать, мыслить,  выражаться, развиваться в качестве  активного субъекта конкретной деятельности, которую он разворачивает сообща с другими. И что очень важно, он сам организует  формы своей деятельности на более высоком уровне, восстанавливая себя в системе общественных отношений, которая поддерживает его в сложные моменты жизни. Человек понимает, что все эти усилия связаны с восстановлением жизни, а ведь до этого он должен был сопротивляться господствующей идеологии, которая унижает, заставляет мыслить только в рамках законов формальной логики, не позволяющих анализировать мир в его противоречиях, многообразии, глубине и, в конечном итоге, не понимать причин свей социальной болезни. Наша концепция ориентирована на разрушение различных идеологем и мифологем, мы стремимся дать обществу понимание, что токсикоман может быть излечен только в результате сознательного и коллективного подхода к проблеме.  Речь идет, конечно, не только о деятельности специалистов-профессионалов, но и об усилиях больных и исцелившихся, о коллективной деятельности их всех как единого субъекта лечения такой социальной болезни как отчуждение. В этом сущность нашего подхода к проблеме психотропных веществ как к общественной проблеме.

КОММУНИЗМ КАК ТЕРАПИЯ

(послесловие Людмилы Булавки к интервью Катерины Матсас)

  Этим летом мне довелось попасть на концерт ребят из этого Центра. Происходило все это в густые летние сумерки в одном из внутренних двориков Афин под открытым небом. Концерт был организован не вообще как некий смотр художественных сил, а в поддержку одного из пареньков из этого Центра, находящегося после ареста в тюрьме. Повод для этого был формальный, причина - конфликт между Центром и властью.

С трудом пробираясь по лестнице, заполненной людьми до отказа, я попала в зал-дворик, где свободных мест также не было. Ведущий, по внешнему виду - почти наш рокер, но лицо, своей скульптурной выразительностью напоминавшее Маяковского, невольно задерживало взгляд: сильное, осмысленное и напряженное своей обращенностью в зал, который отвечал ему сосредоточенным вниманием (как мне сказали позже, до попадания в Центр этот парень был наркоманом с десятилетним стажем, а теперь освободился от этого недуга). "Замыкание" его с залом происходило в интонационном ключе "Мы: Ты и Я", а не в привычном - "Я  и Вы".

Все выходящие на сцену, а их было не мало (разговор шел около двух часов): это и молодые ребята, и бывший партизан и узник фашистского лагеря, и мать арестованного парня, и наш, Савас Матсас - известный в Греции лидер левых, и молодые коммунисты, и талантливый греческий поэт Катсаганис, и философы-марксисты, учившиеся, кстати, у нас в МГУ, и просто красивые девушки - все они говорили "не микрофонно", без митинговой пафасности, по-разному, но убежденно проговаривая по сути одну главную идею - вместе мы многое преодолеем.

Последующий за этим концерт художественной самодеятельности настоящих и бывших пациентов этого Центра закончился театральным фрагментом из "Чайка по имени Джонатан Ливингстон". Я не люблю и боюсь смотреть самодеятельные спектакли, но здесь не было ни переигрывания, ни заигрывания с залом, ни разыгрывания - здесь вообще не было игры, а был через спектакль глубокий разговор ребят друг с другом. Такими, наверное, были спектакли в нашей стране в 20-е гг. в революционных самодеятельных театрах, когда через самодеятельное искусство говорила жизнь, а не наоборот, как сегодня, когда жизнь похожа на дешевую и одновременно трагическую театральность, где вместо клюквенного сока - кровь.

И закончился вечер тем, что все ребята из этого Центра, взявшись за руки, пели песни, посвященные главному врачу, организатору, идеологу и "душе" этого Центра - Катерине Матсас, отдающей себя целиком своим пациентам-друзьям. Эта миниатюрная и мужественная женщина с лучистыми глазами, являющаяся для каждого из них товарищем, другом, учителем, сестрой, матерью, не только взвалила на себя всю основную ношу по организации этого Центра и разработала теоретические основы, программное обеспечение своей концепции лечения, но и отстаивает в постоянной борьбе с государством и наркодельцами право на его существование.

Она делает все возможное, чтобы ее пациенты однажды перестали в ней нуждаться, но вот это, пожалуй, единственное, что ей не удается: приходя к ней поначалу как к врачу, ее пациенты после излечения остаются с ней, но уже как с товарищем по борьбе за Человека в этом мире отчуждения. Наверное, это единственная больница, где из больного тела делают полноценную личность, способную и желающую брать на себя ответственность за другого, причем, более слабого. И возможным это оказалось только потому, что в качестве терапевтического метода был использован Коммунизм и не только как идея, а как способ творить неотчужденные отношения к Человеку не под руководством вождей, царей и президентов, а не кем иными как самими, казалось бы, социально и физически неполноценными людьми  - пациентами Центра Катерины Матсас.

Когда-то в нашей стране А.П. Макаренко вместе со своими ребятами построили коммунизм в исправительной колонии, теперь уже в Греции Катерина Матсас со своими ребятами создает коммунизм в больнице, причем для тяжело больных. Что же тогда остается нам в стране, где еще не все преступники и тяжело больные?

Яндекс.Метрика

© libelli.ru 2003-2013